Клетчанка о Якутии и строительстве БАМа: Местные приходили на меня посмотреть, как на какое-то чудо света

Заостровечанка Наталья Рычик родилась на Урале в городе Пермь, но вся ее жизнь прошла вдалеке от исторической родины. Проведя детство и юность в Колымском крае, на распределении она попросилась в самую глухую часть Якутии, затем участвовала в строительстве Байкало-Амурской магистрали, там встретила свою вторую половину, а последние три десятка лет живет в Клецком районе. Наталья рассказала «Да новых перамог» почему в Якутии ее называли «нуучча кыга», как без знания языка молодая девушка находила романтику в месте, где не было магазина, света и воды, и о своей комсомольской свадьбе на БАМе.    

Страна чудес — Якутия

– В 50-х многие уезжали на вахту. Однажды такое решение приняли и мои родители, – делится главными событиями жизни своей семьи женщина. – Что ими двигало: желание помериться силами с суровой природой северного края, романтика, присущая всем молодым людям, или банальная нехватка денег, мне сложно ответить на этот вопрос, да и в доме данная тема никогда не обсуждалась. Мы жили в поселке Зырянка, что на Колыме. Там я восьмилетней девчонкой пошла в школу. Вспоминаются только самые яркие моменты из этого периода.

Буквально через год после окончания 8-ми классов, она поступила в Якутский кредитно-финансовый техникум. Как староста группы она стремилась быть везде и повсюду: съезды, собрания, трудовой десант, шефская помощь, концерты и т.д. – ничто не обходилось без ее участия. Неудивительно, что когда пришло время распределения, она попросилась в самую захудалую точку Якутии, как говорится, где и «черт не бывал ни разу» (прим.: Якутиясамая большая административно-территориальная единица в мире, ее площадь составляет 3 083 523 км²).

– Мама, конечно же, как узнала о моем решении, очень расстроилась, ведь она ждала меня домой, уже и место работы в банке подыскала. К тому времени она осталась одна с ребенком на руках (папа погиб в горах (он был водителем), а брат младше меня на 15 лет. Но я не изменила своего решения – авантюризм и романтика переполняли тогда мою девичью душу, – с улыбкой на лице продолжает беседу Наталья Александровна. – Знаете, в молодом возрасте кажется, что ты горы можешь свернуть, сделать нечто такое, что никто до тебя не сделал…

Как оказалось на самом деле, кое-что ей все-таки удалось.

– Приезжаю в совхоз, который специализировался на оленеводстве и добыче пушнины, – все глубже погружаясь в воспоминания, рассказывает Наталья Александровна. – А там ни одного русского, одни якуты. Языка не знаю. Магазина нет, клуба нет, света нет, воды нет, только в реке – ужас какой-то!

Не скажу, что меня там ждали. На квартиру русскую никто не захотел брать. Поселили в какой-то ветхий малюсенький домик с буржуйкой. Благо, деревянные чурки привезли к порогу. Сама пилила их и колола дрова. Поначалу не получалось, плакала, но кому пожалуешься – сама захотела такой жизни.

Приехала в конце августа, а в сентябре там уже снег. Зимой мороз до 50-60 градусов со знаком минус. Помню, с вечера натоплю печку – тепло, а к утру даже волосы к подушке примерзали. Местные приходили на меня посмотреть, как на какое-что чудо света – почти все были уверены, что меня хватит лишь на пару дней и уеду. В контору, где работала, заходили одна за другой бабушки, сидели часами, наблюдали за мной, разговаривали исключительно на своем языке. Но я стойко выдержала это испытание. Помог мой оптимистичный, упертый характер и закалка того времени – если это нужно было для чьей-то пользы, лоб расшибешь, но сделаешь. Постепенно познакомилась с местной молодежью. Сблизились во время выездов на сельхозработы. Как у нас вместе выходили на сенокос, уборку картофеля и овощей, там – на очистку рогов оленей после забоя. Они, как известно, покрыты бархатистой кожицей, через которую поступают все питательные вещества и кислород. Когда в совхозе происходил массовый забой животных, им спиливали рога, а мы занимались их очисткой. В общении с девчатами и парнями стала разбираться в языке, сама научилась разговаривать на нем. И вот тогда инициировала создание комсомольской ячейки. Чуть позже мы открыли в селе клуб, которым я заведовала. Организовали художественную самодеятельность, готовили отличные праздничные концертные программы с песнями, танцами, театральными миниатюрами, народными играми. (Одну из песен моя собеседница напела прямо во время нашего разговора – помнит до сих пор!). С концертами объездили все деревни. Наш досуг проходил при свете керосиновых ламп (не удивляйтесь, хоть эта была почти середина семидесятых, но дело было на далеком, неосвоенном севере), но тем не менее жизнь уже пошла веселей. Участвовали в слетах, соревнованиях, даже на комсомольские собрания в райцентр и область отправляли своих делегатов из местной молодежи.

Единственным средством транспортной связи между населенными пунктами там являются самолеты. Они прилетали один раз в неделю, привозили почту, продукты питания и перевозили людей, кому это было нужно.

Так вот, когда они уезжали, то приходилось подменять друг друга на работе чуть ли ни целую неделю. А параллельно делать свою работу. Но как-то мы справлялись, никто не жаловался и не выдвигал каких-то особых требований руководству. Это было в наших интересах.

Пройдя через многие испытания на стойкость и силу духа, приложив максимум усилий, чтобы заслужить уважение и авторитет среди сельских жителей холодного во всех смыслах этого слова края, Наталья Александровна наконец-то получила долгожданный бонус. Ее приняли, признали и стали считаться с ее мнением.

– В наших отношениях с якутами наступила вечная весна, – с теплой улыбкой на лице говорит моя собеседница. – Меня переселили в хорошее, теплое жилище, и каждый из местных старался сделать что-то приятное для меня: несли рыбу, мясо, ягоды и другие угощения. Называли нуучча кыга (русская девушка, дочка).

– Наверное, и от парней отбою не было?

– Двоих особо настойчивых кавалеров помню. Одни из них был сыном очень уважаемых в округе людей. Сваты мешок с мехами принесли – песцами, соболями, чернобурками. Признаюсь, глаз загорелся (не скрывая эмоций, смеется Наталья Александровна), но, увы, дала от ворот поворот. В качестве весомого аргумента для отказа стала учеба (в 1975 году Наталья поступила в Иркутский сельскохозяйственный институт), да и если честно, то в моей голове никогда не было места корыстным планам.

И снова в права вступило пресловутое советское воспитание, как в той песне: «А я не хочу, не хочу по расчету, а я по любви, по любви хочу…». Любовь все же случилась в жизни моей героини. И это был новый период в ее судьбе.

Их созывал великий БАМ, они спешили на подмогу!

В 1977 году в район, где трудилась Наталья, пришла одна путевка на строительство Байкало-Амурской магистрали. В то время получить ее было за счастье – большой гордостью для молодого человека считалось принимать участие в осуществлении масштабного государственного стратегически важного проекта. Как сегодня говорят, у них была цель и они ее достигли. А это – дело чести! До мозга костей пропитанная духом комсомола Наташа с радостью приняла предложение. И вновь не сдержали ее ни слезы, ни уговоры, ни угрозы матери. Зов Родины был превыше всего. В марте она уехала.

– Наш отряд «Юность Якутии» провожали, как в кино: был торжественный митинг, звучали напутствия и стихи, гремела музыка, развевались знамена – все это снимали операторы телевидения. Мы ехали на строительство участка железной дороги от Тынды до Нерюнгри (тогда это был поселок, а нынче большой город в Якутии), а железнодорожная линия до Беркакита (поселок, в котором я жила и работала) стала связующим звеном между Байкало-Амурской и Транссибирской магистралями. Те, у кого были строительные и железнодорожные специальности, сразу отправились на свои рабочие места. У кого профессии не было, быстро ее обретали. Сразу я работала на замене декретного отпуска бухгалтером, а после выхода основного работника, в строительной бригаде. Вообще в тот период много специальностей приобрела. Приходилось всем сложно, особенно парням, конечно, они трудились, как волы. А вечером (откуда только и силы брались?) – танцы, веселье и т.д. По-разному складывались судьбы ребят и девушек. Многие, не найдя того, что искали на БАМе, возвращались в родные места. Многие уезжали, не выдержав испытания суровым климатом и еще более суровыми условиями жизни на стройке. Те молодые люди, которые оставались, завязывали новые знакомства, обретали здесь не только работу по душе, но и любовь, семейное счастье.

В Беркаките встретила свою вторую половинку и Наталья. Николай  работал в бригаде. Чувства как-то быстро проникли и поразили их сердца, и 22 октября они заключили брачный союз.

– У нас была комсомольская свадьба, а в роли шафера выступал сам секретарь комсомольской организации штаба. Вот это фото (женщина берет в руки старый снимок из семейного альбома) сделано на знаковом, историческом месте, где начинается легендарное “золотое звено” железнодорожного участка Тында-Беркакит, укладкой которого занималась передовая строительная бригада под руководством хорошо известной личности Всесоюзной стройки – БАМа – Алексея Иванченко (на фото четвертый справа???).

В Беркаките один за другим появились на свет двое сыновей Натальи и Николая. Здесь глава семьи приобрел новую квалификацию. В конце 70-ых, когда молодых людей, участвовавших в строительстве БАМа и зарекомендовавших себя только с положительной стороны, по их желанию приглашали в ряды сотрудников правоохранительных органов, Н.Рычик сделал решительный шаг навстречу судьбе. Новое дело пришлось по душе, и службу в МВД он продолжил, вернувшись на свою малую родину. Такое решение семья приняла спустя 15 лет жизни в условиях сурового севера.

Кто знает, если бы тогда не развалился могучий Советский Союз, все, возможно, и в личной жизни моей героини сложилось бы по-другому. Здесь, за тысячи километров от отчего дома, в чужой Беларуси, Наталью ждало очередное тяжелейшее испытание судьбы. Но это уже совсем другая история…

Вместо эпилога

Наталья Александровна живет в агрогородке Заостровечье уже почти три десятка лет. За это время она для многих стала своим, родным человеком. После переезда работала в сфере торговли, экономистом по ценам в сельпо, потом ровно 20 лет, до самого выхода на пенсию, главным бухгалтером в местном хозяйстве – ОАО “Заостровечье”. Все, кто знают эту женщину, отзываются о ней, как о человеке широкой души – искренняя, умеющая слушать и сопереживать, отзывчивая, безотказная, готовая прийти на помощь в любую минуту. Это надежный друг и заботливая мама и бабушка. Ее все дети просто обожают. Даже чужие порой называют мамой. О шестерых внуках, самому младшему из которых нет еще и двух месяцев, может рассказывать неумолкая. При этом нужно видеть, как горят ее глаза. Неустанный трудоголик. Выйдя на заслуженный отдых, не смогла долого находиться без дела.

– Подруга Татьяна, которая трудится на ферме “Островчицы”, специализирующейся на выращивании КРС, попросила как-то подменить ее на время отпуска. Ну как не уважить близкого человека? Согласилась. Потом у них уволился скотник. Она снова ко мне с просьбой. Я просто выпала в осадок. Говорю, мол, сдурела что-ли: где я, а где скот. 200 голов! Это адский физический труд! – все с той же живой улыбкой, которая сопровождала ее на протяжении всей нашей беседы, рассказывает Наталья Александровна. – И снова не смогла отказать. Думаю, Боже, сколько всего выдержала на своем пути, БАМ прошла, осилю. Вот работаю уже третий год…

По причине занятости моей героини и встреча наша произошла не сразу, как того хотелось. Но зато, кажется, нам обеим она доставила огромное удовольствие. Мне – потому что я в очередной раз познакомилась с удивительным человеком, излучающим много света, добра и жизнелюбия, с интереснейшим собеседником. Ей – потому что за чередой быстро сменяющихся дней практически не остается времени на отдых. Наша встреча стала днем воспоминаний – плохих, оставшихся “за кадром”, и хороших.

– Молодые годы – это лучшее время моей жизни, активной, веселой, многообещающей. Иногда кажется, что все происходящее в ней, было не со мной, как в кино: взлеты и падения, счастье и слезы, победы и разочарования, любовь и одиночество, холод и тепло – сплошные крайности. Но это жизнь! Судьба! У каждого она своя! Порой непросто выживать, но зато есть что вспомнить. Нередко возвращаюсь в советские времена –  “северные” годы, БАМ. Тогда жизнь била ключом. Это была хорошая школа, хорошая закалка характера, пример истинного братства. Между людьми были совершенно другие взаимоотношения. Я нашла в Беркаките друзей, с которыми до сих пор поддерживаю отношения. Раз в несколько лет езжу к подруге в Краснодар. В самое ближайшее время планирую поехать к брату в Якутск и именно по железной дороге, которую мы когда-то строили всей страной. Представляете, это 10 суток пути – столько(!) времени, чтобы все вспомнить и перелистать главную книгу своей жизни. Хотя и сегодня уверена, что все в ней было не зря…

Светлана Орпель.

Фото Юрия Мыслицкого и из личного архива Н.А.Рычик.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *